МОРСКИЕ ХРОНОМЕТРЫ и навигация в море

Абрахам-Луи Бреге, по его собственным словам, рано заинтересовался морскими хронометрами. Неудивительно, если принимать во внимание его силу воли и поразительную способность применять свой талант во всех областях часового искусства. В документе 1796 года, написанном самим часовщиком и адресованном Совету искусств и мануфактур, перечислены его изобретения, разделенные на 27 разделов. Из записей можно узнать, что «морские часы и маятники, выпущенные в небольшом количестве для личного пользования, необыкновенно популярны в Испании». Далее в документе указано: «В настоящий момент Breguet занимается четырьмя или пятью важнейшими изобретениями. Одно из них – морские часы с маятником, чрезвычайно простые в эксплуатации и ремонте; их можно будет поставлять в количестве 10 или 12 экземпляров в месяц».

За первым важным событием последовало второе: приказом Людовика XVIII от 27 октября 1815 года Абрахаму-Луи Бреге было присвоено официальное звание часового мастера Королевского военно-морского флота. Это был самый почетный титул, какой только мог получить часовщик, поскольку уже само понятие «часы военно-морского флота» ассоциировалось с высочайшим уровнем научных знаний. По закону звание было персональным и пожизненным: его присвоили Абрахаму-Луи Бреге лично, а не компании. В случае отставки или смерти часовщика должность становилась вакантной.

Мэтр стал преемником Луи Берту, скончавшегося в 1813 году, который когда-то сменил на этом посту своего дядю Фердинанда Берту, ушедшего в отставку в 1802 году в связи с преклонным возрастом. Часовщик-механик Военно-морского флота, как формально называлась эта должность, становится уполномоченным, но не монопольным поставщиком министерства. Он обязан выполнять заказы государства по оговоренным ценам и в условленный срок. Должность, как правило, не предполагает выплату жалованья, однако правительство может изменить эту политику, если, например, обилие заказов от Военно-морского флота заставляет часовщика отложить в сторону все другие дела.

Таким образом, в жизни Абрахама-Луи Бреге наступает период общественного признания. Оно достигает своего апогея в следующем году: его избирают членом Французской академии наук, заседания которой он будет прилежно посещать всю свою жизнь. Абрахам-Луи Бреге, широко известный в Европе, снискавший уважение в Лондоне и Мадриде, Санкт-Петербурге и Константинополе, наконец получает официальное звание во Франции, своей второй родине!

Хотя Абрахам-Луи Бреге назначен часовщиком Военно-морского флота в почтенном возрасте 68 лет, ему не хватает опыта в серийном производстве такого типа часов. Он с головой погружается в работу и приступает к созданию полноценной серии, модели которой помечены буквами в алфавитном порядке. Любопытно, что Французский королевский флот в тот момент, похоже, не испытывает недостатка в хронометрах, так как официальные заказы новому часовщику не поступают. Вне сомнения, Военно-морской флот продолжает получать часы, заказанные еще при жизни Луи Берту, работу над которыми завершают его мастера. Бреге сетует на такое положение дел главе соответствующего министерства, однако первые морские хронометры будут выпущены только в 1820 году. Исключение составляют лишь «большие настольные часы Marine 8-jours 2Y» под № 3303, проданные «Его Королевскому Высочеству, адмиралу Франции», более известному как герцог Ангулемский.

В ожидании заказов от Королевского военно-морского флота Бреге ищет каналы сбыта для своей продукции в торговом флоте. Так проявляется еще одна яркая черта его характера: вместо того чтобы сидеть сложа руки, он использует свои связи в главных французских портах и в среде, которая имеет отношение к морской навигации.

Реестры продаж свидетельствуют, что с 1815 года по 1823 (год кончины Абрахама-Луи Бреге), Дом выпустил весьма внушительное количество морских обычных или настольных часов – 78 экземпляров. Из них только 22 были предоставлены Королевскому военно-морскому флоту, остальные – переданы торговым агентам, которых Бреге нанял в крупнейших портовых городах: Дюкому (в Бордо), Ферею (в Гавре) и Гепратту (в Бресте). Назвать их коммерсантами, к которым обращаются с предложением новой продукции, было бы неверно. Франсуа Ферей – часовщик из Гавра и блестящий знаток моделей для флота; он обеспечивает техническое обслуживание этих часов. Жозеф Дюком – астроном, профессор гидрографии в Бордо и создатель инструментов для наблюдения в море. Шарль Гепратт – математик и астроном, а также директор Брестской обсерватории с 1810 по 1852 год. Позднее Дом Breguet найдет еще одного агента в Нанте того же уровня, если так можно выразиться. Это Франсуа Юэтт, специалист по оптике и астроном. Каждый из этих ученых станет уполномоченным представителем Дома в своей области. Их вознаграждение, предположительно, составляло 5% от продажной цены. Средняя стоимость одного хронометра в то время равнялась примерно 2400 франкам.

Бреге был ответственным человеком и придавал большое значение педагогической деятельности. В 1817 году он публикует брошюру под названием «Инструкции по эксплуатации морских часов». В предисловии мастер излагает общий план своего сочинения: «Хронометры или морские часы – это часы, которые, в силу тщательно продуманной конструкции, при настройке по определенному меридиану сохраняют почти неизменную точность хода в течение нескольких месяцев; на борту, вопреки неравномерному покачиванию судна и разнице температур, они представляют собой самый быстрый, простой и доступный способ в любой момент узнать время отправного пункта или первого меридиана. Сравнение показаний хронометра и времени в море позволяет определить долготу».

Далее следуют подробные объяснения в сопровождении конкретных примеров для посвященных.

Вскоре Дом начинает получать официальные заказы. Об этом свидетельствуют письма Бреге, которые он, как того требует процедура, отправляет министру, подтверждая получение заказа и цену. Кроме того, часовщик берет на себя обязательство переводить 3% от полученной суммы в пользу Фонда инвалидов. В большинстве случаев речь идет о классических морских часах с большим механизмом, оснащенным двумя заводными барабанами и спусковой пружиной. Цилиндрический корпус выполнен из латуни и на уровне циферблата соединен с надежным деревянным футляром при помощи подвесной системы, которая выполняет роль стабилизатора, а также смягчает удары и сотрясения. Иногда у Бреге заказывали «карманный хронометр», как следует из письма от 18 сентября 1820 года.

Я, нижеподписавшийся, Бреге (Абрахам-Луи) ... обязуюсь обеспечить доставку, согласно решению Его Превосходительства, министра Военно-морского флота, от 17 августа нынешнего года, карманного хронометра № 3502 (с корпусом из серебра), стоимостью тысяча пятьсот франков, из которой я соглашаюсь выделить три процента, как и в случае других сделок с министерством Военно-морского флота, в пользу Фонда инвалидов.

Деловые отношения Дома Breguet и Военно-морского флота будут развиваться и в дальнейшем. Наряду с вышеупомянутыми моделями, отправленными заказчику при жизни основателя компании, следует вспомнить 130 экземпляров, проданных с 1824 по 1833 год его сыном Антуаном-Луи, а также часы, которые Дом производил на протяжении XIX и XX веков вплоть до 1960 года.

Иногда дополнительная пометка в архивных документах – название морского судна или имя человека – посвящает нас в подробности сделки. Перед нами разворачивается увлекательнейшая панорама научных исследований в море и на суше, которыми был так богат XIX век.

Морской хронометр Breguet № 2868 был вручен Луи де Фрейсине (1779–1842), который отправился с ним в знаменитое кругосветное путешествие, продолжавшееся с 1817 по 1820 год. Морской хронометр № 2842 был предоставлен генералу Бадиа (1766–1818), выдающемуся исследователю Черной Африки и Среднего Востока. Владельцем карманного хронометра № 3502, упомянутого выше, стал будущий адмирал Луи Ле Гоаран де Тромелен (1786–1867), неутомимый мореплаватель, открывший нескольких островов в Тихом океане. Морской хронограф № 3588 взял с собой в плавание Гиацинт де Бугенвиль (1781–1846), совершивший на борту фрегата «Фетида» путешествие вокруг земного шара с марта 1824 по июнь 1826 года.

Модель Breguet № 4367 – проданная Министерству Военно-морского флота 21 мая 1838 года «для экспедиции на Северный полюс, с двумя футлярами из красного дерева, двумя футлярами из орехового дерева и одним футляром из пихты в качестве упаковки» – сопровождала Жюля Дюмон Дюрвиля (1790–1842) в его последнюю экспедицию; в январе 1840 года эти часы-регулятор стали первым инструментом для измерения времени в Антарктике!

Приведенные примеры, так же, как и многие другие, весьма показательны и позволяют оценить огромную ответственность, которая лежала на плечах часовщиков Военно-морского флота в ту эпоху. Мастера должны были неукоснительно соблюдать строгие стандарты и предельно четко изложенные требования. Так, Абрахам-Луи Бреге в конце письма от 16 декабря 1820 года подтверждает получение четырех новых заказов следующим образом: «Я обязуюсь забрать обратно эти часы, одну модель или несколько из четырех, если по прошествии трех месяцев их ход, в сравнении с астрономическими наблюдениями, окажется недостаточно равномерным».

На протяжении своей жизни Абрахам-Луи Бреге привык к преодолению трудностей и неустанно стремился приобрести новый опыт. В профессии часовщика Военно-морского флота он нашел деятельность, идеально соответствующую его характеру, а также огромное интеллектуальное удовлетворение. В опубликованных документах он никогда не упускает возможности подчеркнуть, что его исследования предназначаются не только для гражданских, но и научных целей, среди которых первое место занимают астрономия и морская навигация.

Тем не менее, как глава предприятия, озабоченный рентабельностью продукции, в своем знаменитом «Трактате о часовом искусстве» Бреге делает важное замечание о стоимости разработок максимально точных часов и о невозможности применить в них все технические достижения. Рассуждая об обычных и настольных часах для навигации и астрономических наблюдений, он заявляет: «Мы изо всех сил стараемся проверить и прояснить все принципы и усовершенствовать все средства для достижения надежности и стабильности, при этом сохраняя умеренную цену». Развивая свою мысль, он пишет, что «достояние ученых и мореплавателей редко пропорционально их необходимости в идеальных инструментах». Пожалуй, это наблюдение актуально и в наши дни.

Хотя Военно-морской флот не стал основным источником дохода Дома Breguet, он сыграл важную роль в становлении его международной репутации. Сегодня, в начале XXI века, как напоминание об этой яркой странице из истории марки, Breguet выпускает коллекцию часов Marine. Каждый экземпляр, посвященный долгому и плодотворному сотрудничеству, украшен красноречивой надписью «Horloger de la Marine» («Часовщик военно-морского флота»).